Трихоринофалангеальный синдром( мутация генаTRPS1 )

Ген TRPS1 кодирует транскрипционный фактор, который регулирует работу других генов во время развития скелета, волосяных фолликулов и хрящевой ткани. Белок TRPS1 подавляет активность генов, отвечающих за созревание хондроцитов в зонах роста костей, поэтому его дефицит нарушает формирование эпифизов трубчатых костей, рост волос и развитие лицевого скелета. Мутации в гене наследуются по аутосомно-доминантному типу: для развития болезни достаточно повреждения одной копии гена, при этом значительная часть случаев возникает впервые в семье из-за новой мутации. Исследование выявляет патогенные варианты в гене TRPS1 по ДНК, выделенной из клеток крови, поскольку наследственная мутация присутствует во всех клетках организма и не меняется в течение жизни.

Трихоринофалангеальный синдром проявляется характерным сочетанием признаков: редкие, тонкие, медленно растущие волосы, грушевидная форма носа с округлым кончиком, удлиненный носогубный желобок, тонкая верхняя губа, укорочение и искривление пальцев. На рентгенограммах кистей определяются конусовидные эпифизы фаланг, которые считаются одним из наиболее узнаваемых скелетных признаков синдрома. У части пациентов отмечаются низкий рост, дисплазия тазобедренных суставов, напоминающая болезнь Пертеса, и ранние дегенеративные изменения суставов. Поскольку отдельные признаки (редкие волосы, особенности лица, укорочение пальцев) встречаются и при других состояниях, клинический диагноз нередко остается предположительным, особенно у детей раннего возраста, когда скелетные изменения выражены слабо. Обнаружение патогенной мутации в гене TRPS1 подтверждает диагноз на молекулярном уровне и позволяет завершить диагностический поиск без дополнительных обследований по поводу альтернативных причин скелетной дисплазии.

Результат исследования помогает уточнить форму заболевания. Трихоринофалангеальный синдром I типа связан с утратой функции одной копии гена, тогда как более тяжелый III тип, с выраженным укорочением пальцев и значительной задержкой роста, обычно обусловлен точковыми мутациями в участке гена, кодирующем ДНК-связывающий домен белка. Синдром II типа (Лангера–Гидиона) вызывается протяженной делецией хромосомного участка, захватывающей ген TRPS1 и соседний ген EXT1 , и дополнительно проявляется множественными костно-хрящевыми экзостозами и нередко нарушением интеллектуального развития; такая делеция требует отдельного цитогенетического подтверждения, если анализ последовательности гена мутацию не выявил, а клиническая картина сохраняется. Подтвержденный молекулярный диагноз служит основанием для медико-генетического консультирования семьи: у носителя мутации риск передачи ее ребенку составляет 50%, а обследование родителей позволяет отличить унаследованный вариант от возникшего впервые и оценить риск для последующих детей.