Антитела IgG к вирусу клещевого энцефалита в крови, колич.

Тест количественно определяет в крови концентрацию антител класса IgG к вирусу клещевого энцефалита. Положительный результат указывает на ранее перенесённую инфекцию или сформированный поствакцинальный иммунитет; численное значение титра позволяет оценить уровень специфических антител, однако не служит универсальным предиктором защищённости пациента. Антитела этого класса появляются в крови через 2–3 недели после появления клинических проявлений или через 2–4 недели после второй дозы вакцинации, нарастают в течение нескольких недель и сохраняются длительно, у большинства переболевших и привитых при соблюдении графика ревакцинации — пожизненно или до момента закономерного снижения титра. Тест применяется при оценке поствакцинального иммунитета у лиц, проживающих или работающих на эндемичных территориях, при ретроспективной диагностике перенесённой инфекции, при дифференциальной диагностике лихорадочных состояний и менингоэнцефалитов неясной этиологии у пациентов с эпидемиологическим анамнезом (укусы клещей, посещение эндемичных территорий, употребление сырого козьего молока), при обследовании доноров крови в эндемичных регионах согласно действующим эпидемиологическим требованиям. Результат интерпретируется в комплексе с клинической картиной, эпидемиологическим анамнезом, данными о вакцинации и при необходимости с определением IgM и IgG в парных сыворотках.

Антитела класса IgG к вирусу клещевого энцефалита направлены против структурных белков вируса — оболочечного гликопротеина E, мембранного белка prM/M и капсидного белка C. Главную роль в гуморальной защите играют антитела к гликопротеину E, который обеспечивает связывание вируса с клеточными рецепторами и мембранное слияние; антитела к этому белку обладают нейтрализующей активностью и формируют основу защитного иммунитета. Гликопротеин E содержит три домена (DI, DII, DIII), из которых DIII несёт ключевые нейтрализующие эпитопы. Стандартные иммуноферментные тест-системы используют рекомбинантный белок E или инактивированные вирусные частицы в качестве антигена; численное значение титра в международных единицах (МЕ/мл) или эквивалентных единицах коррелирует с нейтрализующей активностью сыворотки, однако корреляция не абсолютна и зависит от тест-системы, антигена и калибраторов, что ограничивает универсальную интерпретацию количественного результата как прямого показателя защищённости пациента. 
Возбудителем клещевого энцефалита является вирус клещевого энцефалита (Tick-borne encephalitis virus, TBEV) рода Flavivirus семейства Flaviviridae. Вирус содержит одноцепочечный РНК-геном положительной полярности и липидную оболочку. Различают три основных подтипа вируса: дальневосточный (TBEV-FE), европейский (TBEV-Eu) и сибирский (TBEV-Sib), различающиеся по географическому распространению, тяжести вызываемого заболевания и летальности; на территории Российской Федерации циркулируют все три подтипа, наиболее тяжёлое течение характерно для дальневосточного подтипа. Естественным резервуаром вируса в природе служат мелкие млекопитающие (грызуны, насекомоядные), переносчиками — иксодовые клещи (Ixodes persulcatus в Сибири и на Дальнем Востоке, Ixodes ricinus в европейской части); человек заражается при присасывании клеща и реже алиментарным путём при употреблении сырого козьего, овечьего или коровьего молока от инфицированных животных.

Инкубационный период составляет 7–14 дней, при алиментарном заражении 3–7 дней, изредка до 30 дней. Заболевание характеризуется широким спектром клинических форм — от стёртых лихорадочных до тяжёлых менингоэнцефалитических с очаговыми поражениями нервной системы. Классическим проявлением является двухволновое течение: первая волна с гриппоподобными симптомами (лихорадка, головная боль, миалгии), последующий период мнимого благополучия 4–7 дней, затем вторая волна с лихорадкой и неврологической симптоматикой при поражении нервной системы. Клинические формы заболевания включают лихорадочную (наиболее лёгкая, ограничивается лихорадочно-интоксикационным синдромом), менингеальную (с серозным менингитом), менингоэнцефалитическую (с очаговой неврологической симптоматикой), полиомиелитическую (с вялыми параличами шейно-плечевого пояса), полирадикулоневритическую. Летальность при дальневосточном подтипе достигает 20–40%, при европейском подтипе — менее 2%; у части переболевших формируются стойкие неврологические нарушения (парезы, эпилептический синдром, когнитивные расстройства), что определяет высокую социальную и медицинскую значимость профилактики.

Клиническое значение

При оценке поствакцинального иммунитета у лиц, проживающих или работающих на эндемичных территориях, тест может применяться для лабораторного подтверждения появления антител после первичного курса вакцинации и для качественной оценки сохранения IgG в отдалённые сроки после вакцинации у пациентов с отклонениями от стандартного графика. Численная интерпретация результата как «защитного титра» имеет ограничения: между концентрацией IgG в коммерческом ИФА и нейтрализующей активностью сыворотки существует корреляция, однако универсального порога защищённости, валидированного для всех тест-систем, не установлено, и индивидуальные решения о необходимости ревакцинации принимаются лечащим специалистом с учётом анамнеза вакцинации, эпидемиологической ситуации и действующих клинических рекомендаций. Реакция нейтрализации как референсный метод оценки защитных антител в рутинной диагностике недоступна.

При ретроспективной диагностике перенесённой инфекции тест применяется у пациентов с эпидемиологическим анамнезом (присасывание клеща, употребление сырого козьего молока, посещение эндемичных территорий) и неспецифическими клиническими проявлениями в анамнезе (лихорадочное состояние, головная боль, неврологическая симптоматика). Положительный IgG у непривитого пациента с подтверждённым эпидемиологическим анамнезом поддерживает диагноз ранее перенесённой инфекции; разграничить клинически выраженные и стёртые формы заболевания серологически не удаётся. Положительный результат у пациентов без анамнеза вакцинации может также отражать перенесённую субклиническую инфекцию, что распространено среди жителей эндемичных территорий.

При дифференциальной диагностике лихорадочных состояний и менингоэнцефалитов неясной этиологии у пациентов с эпидемиологическим анамнезом основой лабораторной диагностики служит определение IgM и IgG в сыворотке, а при нейроинвазивных формах заболевания — дополнительно определение IgM в спинномозговой жидкости, что является характерным для подтверждения нейроинвазивной формы клещевого энцефалита. Положительный IgM в сочетании с нарастанием IgG в парных сыворотках и/или положительным IgM в ликворе поддерживает диагноз острого клещевого энцефалита; положительный IgG при отрицательном IgM указывает на ранее перенесённую инфекцию или сформированный поствакцинальный иммунитет и не подтверждает причинную связь с текущим заболеванием. Определение РНК вируса методом ПЦР в крови к моменту появления неврологических проявлений обычно даёт отрицательный результат, поскольку виремия кратковременная и предшествует нейроинвазивной фазе; ПЦР не используется как рутинный метод диагностики и имеет ограниченное применение в очень ранней (виремической) фазе заболевания, при алиментарном заражении в период инкубации, у пациентов с тяжёлым иммунодефицитом и ослабленным гуморальным ответом. У пациентов с поствакцинальным иммунитетом при подозрении на прорывную инфекцию опорой остаётся серологическая диагностика — выраженное нарастание IgG в парных сыворотках и появление IgM.

При обследовании доноров крови в эндемичных регионах согласно действующим требованиям тест применяется для оценки иммунного статуса донора и выявления лиц с признаками недавно перенесённой инфекции. Положительный IgM у донора служит основанием для временного отвода от донорства согласно действующим санитарным правилам; положительный IgG в сочетании с отрицательным IgM соответствует ранее перенесённой инфекции или поствакцинальному иммунитету и не препятствует донорству.

Ограничения

Численное значение титра у конкретного пациента не интерпретируется как прямой показатель защищённости от заболевания. В первые дни заболевания антитела IgG могут отсутствовать или находиться на пограничном уровне, поскольку их выработка отстаёт от появления клинических проявлений на 7–14 дней. Отрицательный результат в эти сроки не исключает острый клещевой энцефалит у пациента с характерной клинической картиной; диагностика опирается на определение IgM в сыворотке и при нейроинвазивных формах — на определение IgM в спинномозговой жидкости, а также на повторное определение IgG в парных сыворотках для выявления нарастания титра. 
Ложноположительные результаты регистрируются у пациентов с антителами к другим флавивирусам (вирус жёлтой лихорадки, вирус денге, вирус Западного Нила, вирус японского энцефалита, вирус Зика) за счёт перекрёстной реактивности на консервативных эпитопах оболочечного гликопротеина E, а также при аутоиммунных заболеваниях, у пациентов с ревматоидным фактором и при поликлональной активации иммунной системы. Перекрёстная реактивность с другими флавивирусами особенно важна при обследовании пациентов с анамнезом вакцинации против жёлтой лихорадки или японского энцефалита и путешественников из тропических регионов; для разграничения иммунитета к разным флавивирусам применяется реакция нейтрализации со специфическими вирусами.
У пациентов с иммунодефицитом выработка антител в ответ на инфекцию или вакцинацию может быть ослабленной, отсроченной или отсутствовать; отрицательный или низкоположительный результат у этой категории не исключает текущую или ранее перенесённую инфекцию и не отражает реальный иммунный статус.