Антитела IgG к капсидному антигену (VCA) вируса Эпштейна-Барр (Epstein - Barr virus) в крови

Антитела класса IgG к капсидному антигену вируса Эпштейна–Барр направлены против белков вирусного капсида — структурных белков, формирующих внешнюю белковую оболочку вирусной частицы и экспрессирующихся в литическую фазу инфекционного цикла. Тест выявляет суммарную фракцию антител класса IgG в сыворотке крови. Антитела этого класса появляются в крови вскоре после первичного инфицирования и сохраняются пожизненно. Это свойство объясняет двойное клиническое значение маркера: его обнаружение помогает заподозрить острую инфекцию в начале болезни и подтверждает у пациента состоявшийся ранее контакт с вирусом.

Вирус Эпштейна–Барр относится к семейству Herpesviridae. Это ДНК-содержащий вирус с крупным двуспиральным геномом и сложным жизненным циклом, включающим литическую фазу с продукцией вирусных частиц и латентную фазу. Главными мишенями вируса служат В-лимфоциты (через рецептор CD21 и ко-рецептор HLA класса II) и эпителиальные клетки ротоглотки. После первичного инфицирования вирус устанавливает пожизненную латентную инфекцию с сохранением вирусной ДНК в инфицированных В-лимфоцитах памяти в виде ядерного эпизома; латентность поддерживается экспрессией ограниченного набора латентных генов, включая ядерные антигены и латентные мембранные белки. Реактивация литической фазы происходит периодически в течение жизни инфицированного пациента, преимущественно в эпителии ротоглотки, что обеспечивает выделение вируса со слюной и его передачу новым хозяевам. У иммунокомпетентных пациентов реактивация контролируется клеточным иммунным ответом и протекает бессимптомно.

Клиническое течение первичного инфицирования зависит от возраста. У детей раннего возраста первичная инфекция в большинстве случаев протекает бессимптомно или как нетяжёлое лихорадочное заболевание без характерных проявлений. У подростков и молодых взрослых первичное инфицирование клинически реализуется как инфекционный мононуклеоз — заболевание с лихорадкой, тонзиллофарингитом, генерализованной лимфаденопатией, гепатоспленомегалией, утомляемостью, реактивным гепатитом с повышением активности трансаминаз. В крови пациентов с инфекционным мононуклеозом обнаруживаются характерные изменения — лимфоцитоз с атипичными мононуклеарами (активированными CD8-Т-лимфоцитами), умеренная тромбоцитопения, нейтропения. Заболевание разрешается самостоятельно в течение 2–4 недель с последующим формированием пожизненного иммунитета, однако утомляемость может сохраняться несколько месяцев. У части пациентов первичная инфекция осложняется тяжёлыми проявлениями — разрывом селезёнки, обструкцией дыхательных путей при выраженном тонзиллите, гематологическими осложнениями, неврологическими синдромами. 
Помимо первичного инфицирования вирус Эпштейна–Барр связан с группой лимфопролиферативных и злокачественных заболеваний. Лимфома Беркитта, лимфома Ходжкина, экстранодальная NK/Т-клеточная лимфома назального типа, посттрансплантационные лимфопролиферативные расстройства, назофарингеальная карцинома и часть случаев желудочного рака связаны с инфекцией в качестве этиологического или ко-этиологического фактора. У пациентов с врождёнными иммунодефицитами (Х-сцепленный лимфопролиферативный синдром, мутации генов, кодирующих компоненты Т-клеточного контроля вируса) первичная инфекция может протекать как фульминантное заболевание с массивной лимфопролиферацией. У пациентов с тяжёлой иммуносупрессией (после трансплантации органов и костного мозга, при ВИЧ-инфекции в стадии глубокого иммунодефицита) реактивация вируса или первичное инфицирование на фоне иммуносупрессии может приводить к развитию посттрансплантационных лимфопролиферативных расстройств и других ассоциированных с вирусом лимфопролиферативных процессов.

Клиническое значение

Антитела IgG к капсидному антигену появляются в острой фазе инфекции, вызванной вирусом Эпштейна–Барр, и сохраняются в крови пожизненно. Тест помогает решать две основные клинические задачи: установить, что у пациента развивается острая или недавно перенесённая инфекция, и подтвердить, что пациент в течение жизни был инфицирован вирусом. Помимо этих двух главных задач, тест применяется при обследовании пациентов с подозрением на ассоциированные с вирусом лимфопролиферативные и злокачественные заболевания и при оценке риска перед иммуносупрессивной терапией и трансплантацией органов. В рутинной клинической практике капсидный IgG почти всегда интерпретируется в сочетании с другими серологическими маркерами — антителами IgM к капсидному антигену, антителами IgG к ядерному антигену, при необходимости антителами к раннему антигену, а не изолированно.

При инфекционном мононуклеозе и мононуклеозоподобном синдроме у иммунокомпетентных пациентов сочетание серологических маркеров позволяет установить этиологию заболевания. Положительные IgM к капсидному антигену, положительные IgG к капсидному антигену и отрицательные IgG к ядерному антигену поддерживают диагноз острой первичной инфекции, вызванной вирусом Эпштейна–Барр. Положительные IgG к капсидному антигену и положительные IgG к ядерному антигену при отрицательных IgM к капсидному антигену указывают на ранее перенесённую инфекцию и направляют диагностический поиск на альтернативные причины мононуклеозоподобного синдрома (цитомегаловирусная инфекция, первичная ВИЧ-инфекция, токсоплазмоз). Изолированно положительный капсидный IgG в начале клинической манифестации при отрицательных IgM к капсидному антигену и IgG к ядерному антигену встречается редко и требует серологического контроля в динамике.

При подготовке к трансплантации органов и костного мозга антитела IgG к капсидному и к ядерному антигенам помогают разграничить пациентов на серопозитивных и серонегативных. У серонегативного реципиента, получающего орган от серопозитивного донора, риск первичного инфицирования вирусом на фоне иммуносупрессии и последующего развития посттрансплантационного лимфопролиферативного расстройства наибольший; этот риск особенно значим в детской трансплантационной практике, поскольку дети чаще оказываются серонегативными. У серопозитивных реципиентов сохраняется риск реактивации латентной инфекции с развитием ассоциированного с вирусом лимфопролиферативного расстройства. Эти данные учитываются при планировании посттрансплантационного мониторинга, в рамках которого опорным методом служит количественная полимеразная цепная реакция для определения вирусной нагрузки в крови.

При подозрении на ассоциированные с вирусом Эпштейна–Барр лимфопролиферативные и злокачественные заболевания (лимфома Беркитта, лимфома Ходжкина, экстранодальная NK/Т-клеточная лимфома назального типа, назофарингеальная карцинома) IgG к капсидному антигену оценивают вместе с антителами к раннему антигену и IgG к ядерному антигену. У пациентов с активным процессом нередко обнаруживаются высокие титры IgG к капсидному антигену и антител к раннему антигену, отражающие активную литическую репликацию вируса в опухолевых или лимфоидных клетках. Однако серология не служит самостоятельным методом диагностики таких опухолей; диагноз устанавливается на основании биопсии с гистологическим, иммуногистохимическим и молекулярным подтверждением (выявление ранних вирусных РНК методом гибридизации in situ, определение вирусной ДНК в опухолевых клетках).

У иммунокомпрометированных пациентов антитела IgG к капсидному антигену помогают оценить базовый риск ассоциированных с вирусом осложнений и интерпретировать последующие лабораторные находки. У серопозитивных иммунокомпрометированных пациентов основной механизм клинически значимой инфекции связан с реактивацией латентного вируса и риском развития лимфопролиферативных заболеваний. Диагностика активной инфекции у этой категории опирается на количественную полимеразную цепную реакцию в крови с определением вирусной нагрузки; серология может давать ослабленный или отсроченный ответ, что дополнительно ограничивает её диагностическую ценность для выявления активного процесса в этой популяции.

Ограничения

При первичном инфицировании серологический ответ формируется не сразу. Отрицательный результат теста, выполненного в самые ранние сроки острого процесса, не исключает первичного инфицирования; при сохраняющемся клиническом подозрении исследование повторяют в динамике с оценкой полного серологического профиля. 
Ложноположительные результаты регистрируются в связи с перекрёстной реактивностью при других герпесвирусных инфекциях (цитомегаловирус, вирус простого герпеса), аутоиммунных заболеваниях, ревматоидным фактором, поликлональной активацией иммунной системы при острых инфекционных процессах любой этиологии. 
У детей первых месяцев жизни интерпретация результата осложняется присутствием материнских антител класса IgG, проникающих через плаценту и сохраняющихся в крови ребёнка до 6–12 месяцев. У этой возрастной группы положительный результат не разграничивает собственный иммунный ответ ребёнка и пассивный перенос материнских антител. 
Положительный результат не позволяет самостоятельно поставить диагноз заболевания, ассоциированного с вирусом Эпштейна–Барр. Окончательный клинический вывод складывается из клинической картины, полного серологического профиля (антитела IgM и IgG к капсидному антигену, IgG к ядерному антигену, при необходимости антитела к раннему антигену), результатов прямого определения вирусной ДНК методом полимеразной цепной реакции в соответствующем биологическом материале с количественной оценкой вирусной нагрузки, патоморфологического и молекулярного исследования биопсийного материала при подозрении на ассоциированную с вирусом опухоль, эпидемиологического анамнеза. Принятие диагностических и терапевтических решений относится к компетенции лечащего инфекциониста, гематолога, онколога, трансплантолога или другого профильного специалиста в зависимости от клинической ситуации.